Алкоголизм психопатия

Наука об алкоголе

Алкоголизм психопатия

09:52ПАТОЛОГИЧЕСКАЯ ЛИЧНОСТЬ И ЗЛОУПОТРЕБЛЕНИЕ АЛКОГОЛЕМПАТОЛОГИЧЕСКАЯ ЛИЧНОСТЬ ИЗЛОУПОТРЕБЛЕНИЕОглавлениеПсихиатрический аспект оценки личности индивида, склонного кзлоупотреблению алкоголем, имеет богатую историю. Долгое время алкоголизм в техслучаях, когда превышал интенсивность бытового пьянства и оказывался объектоммедицинской помощи, считался проявлением предсуществовавшей патологии. Егооценивали как следствие дегенерации, вырождения, как одно из многих проявленийвозможных расстройств сферы влечений. Различные формы расстройств влечений вдальнейшем, с возникновением нозологической системы представлений, былиотнесены к отдельным психическим болезням (клептомания, дромомания, пиромания ит. д.). Алкоголизм занял в этой системе представлений самостоятельную позицию. Этомуспособствовало увеличение числа наблюдений того, что алкоголизму в подавляющембольшинстве случаев предшествуют не психические нарушения, а обычное пьянство.В работах Ф. Е. Рыбакова, А. М. Коровина, В. П. Сербского, С. С. Корсакова, С.А. Суханова мы видим постепенное развитие этого принципиально новогопредставления: от признания причинной роли пьянства в части случаевхронического алкоголизма до признания основной, за некоторыми исключениями,роли пьянства в большинстве случаев алкоголизма. До 40—50-х годов вотечественной литературе еще сохранялось понятие дипсомании (см. ниже), теперьотставленное. Однако психиатрическая оценка преморбида больного алкоголизмомтрадиционно сохраняется, и знание особенностей личности пациентов имеет весомоезначение для наркологической практики (характер лечения, ремиссии, прогноз).Отечественными специалистамивыделялось и выделяется несколько типов личности, при прочих равных условияхсклонных к злоупотреблению спиртными напитками, у которых алкоголизм в случаеего развития приобретает неравнозначные особенности.Выделяются синтонный(экстравертированный, циклоидный), гипертимный, астенический, возбудимый,истерический, инфантильный, эпилептоидный, шизоидный (интравертированный) типы.Одним из важных выводов из большинства проведенных исследований служит то, чтоспецифической алкогольной личности, личности, обреченной на алкоголизм, несуществует (Морозов Г. В., 1983).Там, где особенности личности в своей совокупности и интенсивностии особенность психического реагирования достигают определенного порога, закоторым диагностируется психопатия, взаимоотношения личности и злоупотреблениястановятся более существенными.Общепризнанной являетсяподверженность психопатов злоупотреблению опьяняющими средствами. Основанием этогоутверждения являются высокая частота преморбидно-психопатических личностей вмассе больных алкоголизмом, а также известная аффективная реактивность иаффективная несоразмерность больных психопатией, их малая способность управлятьсвоими побуждениями, влечениями, желаниями.У нас нет достаточных данныхдля отрицания этого традиционного, идущего от первых работ, посвященныхпсихопатиям, взгляда. Однако наш опыт заставляет высказать некоторые сомнения.Психопатизация личности приалкоголизме наглядна, этот клинический аспект проблемы алкоголизма нашелосвещение во многих работах (Пятницкая И. Н., 1959; Абаскулиев А. А., 1961;Воловик В. М., 1965; Небаракова Т. П., 1976; Иваиец Н. Н., 1978). Однако нельзяисключить, что при сборе анамнестических сведений, зачастую неполных иискаженных (D. Goodwin, 1981), элементы настоящего переносятся в прошлое.Личностные особенности, уровень психического развития большинства пациентовтаковы (форма поведения, реагирования, характер межперсональных отношений), чтопозволяют, если использовать шкалу не бытовых («не воспитан», «не сдержан»), апсихиатрических утяжелять преморбидное состояние. Избыточностьпсихиатрических суждений, их абстрагированность нередко определяют диагнозпсихопатии там, где есть всего лишь натренированная агрессивность и невос­питанностьчувств, неспособность преодолевать незначительные трудности или постояннаяжажда комплиментов и поощрений вследствие особенностей отношений в семье.В связи с последним обстоятельством крайне интересна и значительнаработа Ф. В. Кондратьева (1973). Автор показал, как недоучет средовых навыков«модных» форм поведения, принятых в том или ином кругу, может вести кгипердиагностике в психиатрии. Предметом анализа Ф. В. Кондратьев взял туформу, где диагноз основывается на изменении качества психической деятельности.При диагностике же психопатии учитываются психические изменения в целомколичественные, так как качество, адекватность реакций при психопатиисохраняется. И вопрос решается нередко в плоскости «больше — меньше». При учететого что психопатические особенности в настоящем наглядны, что в прошлом быламалая контролируемость больным своего поведения, вероятность гипердиагностикипреморбидной психопатии весьма высока. Вероятность гипердиагностики психопатииповышает быстрое в течение болезни (см. главу V)изменение общего рисунка поведения злоупотребляющего алкоголем, до того какразвивается психопатизация — следствие алкоголизма (II стадия болезни). Эти ранние изменения также могут бытьприняты за преморбидно существовавшие.То, что психопатия незанимает того места в генезе пьянства, которое ей отводилось в работах 30—40-хгодов, подтверждается литературными данными последнего времени. Количествопреморбидно страдавших психопатией больных алкоголизмом снижается в каждойпубликуемой работе. Ранее они составляли до 60% больных алкоголизмом, теперьмногие авторы отмечают, что больные алкоголизмом преморбидно здоровы. Вспециальных исследованиях, посвященных алкоголизму и преморбидной по отношениюк нему психопатии, обнаруживаются неожиданные результаты. Так, Л. Я. Шварцман(1975) показал, что при одинаковом сроке начала случайного потребления алкоголядлительность периода случайного потребления (до установления систематическогопьянства) у психопатов оказалась достоверно большей; при этом они неупотребляли алкоголь в большем количестве, чем здоровые. Хотя с установлениемалкоголизма у психопатов обнаружилась большая прогредиентность, между ихгруппами (возбудимые, неустойчивые, истероидные, смешанная) различий в течениизаболевания Л. Я. Шварцманом не найдено. Более того, при алкоголизме у больныхтрансформировалась форма психопатии, стирались различия между формами,возникала мозаичность клинической картины психопатии. Изменение типареагирования, как и сосуществование возбудимых, неустойчивых, смешанных форм,на наш взгляд, подтверждает неточность диагностики психопатий. При неточностидопустимы и гипо- и гипердиагностика Однако примечательным для обсуждаемоговопроса является тот факт, что у психопатов до начала алкоголизма пьянствонезлокачественное (Шварцман Л. Я., 1975).Объяснение этому факту возможно. Мы уже упоминали в главе II, что психопат обладает способностью непосредственногоаффективного отреагирования, и это не создает необходимости поиска дополнительныхспособов снятия напряжения. Что касается состояния психического напряжения (этоотносится также и к здоровой личности), его мы оцениваем скорее как фактор,препятствующий развитию злоупотребления и алкоголизма. На фоне психическогонапряжения человек долгое время может употреблять алкоголь, обнаруживая приэтом высокую переносимость: даже значительные количества спиртных напитков невызывают видимого опьянения. Наблюдения таких случаев вызывают ассоциации сприемом опиатов при алгиях. Страдающий от болей пациент также принимаетзначительные количества аналгезирующего наркотика без последствий. У него невозникает эйфории, а появляются лишь успокоение и сонливость, к немувозвращается аппетит (в опийной эйфории аппетит отсутствует, а прием пищиэйфорию снимает). Опасность наступает тогда, когда боли проходят, а назначениянаркотика продолжаются — здесь возникает эйфория и развивается привыкание. Также и в случаях алкоголизации при психическом напряжении — спиртное не даетэйфории, оно лишь успокаивает. При возвращении к норме психического состояниявновь проявляется опьяняющий эффект, и продолжение потребления алкоголяприводит к привыканию. И в том, и в другом случае наркотики действуют каклекарства (аналгезирующее, нейролептическое действие), имеющаяся патология«съедает» собственно наркотический компонент действия этих веществ.Таким образом, как это нипарадоксально, психопатия может служить защитой от злоупотребления алкоголем. Ксожалению, приобретенный навык успокоения, улучшения психического самочувствиянередко начинает использоваться и по незначительному поводу. Тогда«лекарственный», уже не требующийся, эффект сменяется эффектом опьяняющим, ибольной психопатией может ступить на путь злоупотребления. Как часто этослучается, мы не знаем.Столь же неопределенны взакмоотношения неврозов излоупотребления спиртными напитками. Клиника алкоголизма включает астеническийсимптомокомплекс, генез которого объясняется интоксикацией (Портнов А. А.,1959; Колупаев Г. П., 1978); конфликтная вследствие пьянства ситуацияопределяет реактивную составляющую невротического симптомокомплекса (Урсова Л.Г., Атаев М. X., 1984). Описано астеническоеразвитие при алкоголизме (Пятницкая И. Н., 1961). Астеническая личность впреморбиде и в развитии болезни, истерические формы патологии в этих двухвременных периодах описаны Н. Н. Иванцом и А. Л. Игониным (1983).Выраженность в ряде случаевастенического комплекса, преобладающая невротическая симптоматика именно вначале алкоголизма допускают предположение, что патология моглапредсуществовать и в периоде пьянства. Значение невротических расстройств вразвитии злоупотребления тем более убедительно, что действие спиртного снимаетсубъективно трудные для больного неврозом симптомы. В состоянии опьяненияисчезают неуверенность, скованность, депремированность, возникает легкостьконтактов с людьми, чувство владения ситуацией, приподнятость настроения— то,что должен высоко ценить больной неврозом.Однако особенности личностипациентов не способствуют злоупотреблению алкоголем, а объективное ухудшениесостояния после значительной интоксикации у них препятствует систематическомупотреблению спиртного. Постоянная самооценка, неуверенность в правильности,тактичности, корректности своих действий, насильственное стремление к рефлексиизаставляют больного неврозом утяжелять в собственных глазах даже умеренноеопьянение, бывшее у него. Он убежден, что опозорил себя, что теперь к немубудут относиться с неуважением, насмешкой и пр. Он начинает избегать встреч слюдьми, с которыми вместе пил. Здоровая личность, осознав чрезмерность своегоопьянения, если такое случится, легко находит утешение в том, что и другие былине менее пьяны, что, конечно, неловко, но на будущее урок и т. д. Для больногоневрозом воспоминания об опьянении обычно длительны и мучительны. Кроме того,даже умеренное опьянение при неврозе влечет значительное не толькосубъективное, но и объективное последействие. Помимо психических нарушений,названных негативных насильственных самоосуждений, заметно расстройствовегетативной регуляции. Наблюдавшиеся нами больные неврозом жаловались впослеинтоксикационном периоде на потливость, особенно утром, чувство боли итяжести в голове, бледность или гиперемию кожных покровов, лица, шеи. Многиеотмечали сердцебиение, колющую боль в области сердца, тремор пальцев рук. Этобыли симптомы, им известные, возникающие и при обострении их основной,невротической, симптоматики.

Источник: http://alkogolunet.ru/blog/patologicheskaja_lichnost_i_zloupotreblenie_alkogolem/2012-05-19-252

Фгбну нцпз. ‹‹экзогенные психические расстройства››

Алкоголизм психопатия

Алкоголизм довольно часто сочетается с другими психическими заболеваниями. По некоторым данным, показатель коморбидности достигает 78 % [Ross H. E. et al., 1988]. С алкоголизмом сочетаются психопатии, неврозы, депрессии, шизофрения, органические заболевания головного мозга и др.

Психопатии формируются до начала алкоголизма почти всегда, шизофрения — в 60 % случаев, неврозы — в 45—60 %; в остальных случаях коморбидности эти заболевания возникают на фоне алкоголизма (при оценке приведенных количественных показателей следует иметь в виду, что они были получены с помощью различных шкал и вопросников, что могло привести к расширительной и нозологически аморфной диагностике).

Алкоголизм и шизофрения. При очень большом разбросе показателей, отражающих распространенность шизофрении среди больных алкоголизмом и алкоголизма среди больных шизофренией, чаще всего то и другое определяется приблизительно в 10 % случаев [Freed Е., 1975].

Согласно 8-му Специальному отчету Министерства здравоохранения и социального обеспечения США Конгрессу о влиянии алкоголя на здоровье (1993), среди больных алкоголизмом шизофрения встречается в 4 раза чаще, чем в общем населении, а среди больных, лечащихся в наркологических учреждениях, — в 7 раз чаще.

https://www.youtube.com/watch?v=lpqZ-f_MEwU

По вопросу о том, как влияют эти два заболевания друг на друга, имеются существенные разногласия: если в упомянутом докладе говорится, что при таком сочетании состояние больного больше напоминает шизофрению, чем алкоголизм, то в другом авторитетном американском источнике («Практическое руководство по лечению алкоголизма», 2-е изд., 1988) утверждается абсолютно противоположное.

Как бы то ни было, существует два аспекта взаимовлияния алкоголизма и шизофрении. Первый из них связан с влиянием шизофрении на алкоголизм.

Имеется достаточное число наблюдений, свидетельствующих о том, что «продуктивная» симптоматика алкоголизма (патологическое влечение к алкоголю, абстинентный синдром) оказывается в значительной мере стертой.

Это выражается в отсутствии «напора» в проявлениях влечения: нет предприимчивости, изобретательности, аргументации, эмоциональной заряженности, сопротивления терапии, активных поисков спиртного; больные пассивно подчиняются режиму, сохраняют ровное настроение, невозмутимо отрицают желание выпить. То же относится и к абстинентному синдрому, который ограничивается астеническими, апатическими, субдепрессивными и ипохондрическими расстройствами, иногда с признаками беспокойства и тревоги, но без назойливости, жалоб и просьб.

«Негативная» же симптоматика алкоголизма (алкогольная деградация), наоборот, развивается очень быстро, приобретая черты опущенности, тупого безразличия к судьбе и к окружающим, опустошенности и пассивности, что ведет к немедленному возобновлению пьянства при первой возможности и малейшем поводе.

В общем, течение алкоголизма, сочетающегося с шизофренией, неблагоприятное, поскольку оно характеризуется малой курабельностью и крайней неустойчивостью терапевтических ремиссий.

Это впечатление усиливается особенностями алкогольного опьянения: в его картине — параноидность, импульсивные поступки, стереотипии, дурашливость и другие формы нелепого поведения, что вызывает негативную реакцию окружающих и ускоряет повторную госпитализацию.

С другой стороны, нередко наблюдаются спонтанные длительные ремиссии алкоголизма у больных шизофренией, что совпадает либо с обострением галлюцинаторно-бредовых расстройств, либо с развитием глубокого шизофренического дефекта [Шумаков В. М., 1971].

Второй аспект проблемы — это влияние алкоголизма на шизофрению.

Оно также неоднозначно, но в общем противоположно тому, что было сказано о влиянии шизофрении на алкоголизм При всех формах шизофрении алкоголизм вызывает усиление, обострение и оживление галлюцинаторно-бредовой симптоматики, ускоряет рецидивирование болезни, учащает стационирование больных. Психопатологические нарушения нередко приобретают атипичный для шизофрении характер: конкретность, предметность, появляются физический оттенок синдрома Кандинского — Клерамбо, истинный вербальный галлюциноз, зрительные галлюцинации, делириозные переживания.

Отмечаются смягчение, «размывание» шизофренического дефекта — за счет большей общительности, живости, активности, откликаемости пациентов, что больным шизофренией, не сочетающейся с алкоголизмом, несвойственно.

Впервые описавший такие особенности психического дефекта при сочетании шизофрении с алкоголизмом швейцарский психиатр Graeter (1909) объяснил их простым сложением противоположных изменений в эмоционально-волевой сфере, свойственных этим двум заболеваниям. E.

 Kraepelin (1927) связал их с обилием социальных контактов, которые характерны для алкоголизма и препятствуют шизофренической аутизации. С. Г.

 Жислин (1965) отмечал, что при наличии алкоголизма у больных шизофренией не обнаруживаются не только эмоционально-волевые признаки шизофренического дефекта, но и соответствующие им специфические нарушения мышления, а это говорит, по мнению автора, о качественных изменениях патогенетического механизма.

Лечение таких больных представляет крайне трудную задачу.

Его непосредственной целью является максимальная стабилизация психического состояния с помощью психофармакологических препаратов и детоксикации с последующей реабилитацией и ресоциализацией.

Возможности психотерапии здесь ограничены в силу противопоказаний к применению ряда методик (гипноз, межличностно-конфронтационные подходы и др.) и низкой эффективности [McLellan A. T. et al., 1981].

Алкоголизм и психопатия. Преморбидно психопатические личности составляют до 5 % больных алкоголизмом женщин и до 20 % больных алкоголизмом мужчин [Shuckit M., 1989], а по некоторым данным [Ross H. E. et al.

, 1988] —до 42 % больных (это в 21 раз превышает распространенность психопатий в населении).

Такое сочетание крайне неблагоприятно сказывается на результате лечения, поскольку оно сопровождается взаимным усилением проявлений алкоголизма и психопатий [Rounsaville B. J. et al., 1987].

Алкоголизм у психопатических личностей характеризуется ранним началом систематического пьянства и собственно болезни, более тяжелым нарушением социальных функций, слабостью и неустойчивостью трезвеннических установок и критики к болезни, частыми рецидивами, возбуждением, агрессией, суицидальным поведением в опьянении [Hesselbrock M. N. et al., 1985].

Однако во многих случаях симптоматика алкоголизма в узком смысле слова, т. е. структура, выраженность и динамика основных синдромов заболевания (патологическое влечение к алкоголю, абстинентный синдром, алкогольная деградация), у психопатических личностей не отличается особой тяжестью.

Более того, она неотчетлива и не имеет завершенности.

Но психопатическая симптоматика под влиянием алкоголизма резко усиливается, и эти больные, даже алкоголизмом I стадии, создают острейшие социальные проблемы и большие терапевтические трудности, что уже на столь раннем этапе приводит к лишению их родительских прав, к принудительному лечению и т. п. [Павлова О. О., 1993].

Итак, разрывать порочный круг взаимного утяжеления психопатии и алкоголизма следует путем активной и комплексной противоалкогольной терапии — с максимальной индивидуализацией, коррекцией поведения, подавлением патологического влечения к алкоголю, с привлечением значимых лиц из ближайшего окружения больного, которые должны помочь осуществлению лечения в полном объеме. Очень нередко устранение одних лишь сугубо «алкогольных» расстройств (абстинентные, неврастеноподобные, влечение к алкоголю) приводит к заметной нормализации поведения и к установлению сотрудничества больного с врачом.

Алкоголизм и эпилепсия. Эпилептические припадки находятся в тесных патогенетических взаимоотношениях с алкоголизмом. Особенно близка их связь с ААС. Об этом свидетельствует тот факт, что 85 % всех случаев эпилептических припадков у больных алкоголизмом наблюдается при ААС.

Они отмечаются почти у 50 % больных белой горячкой — в дебюте или на высоте психоза, являясь свидетельством тяжелого течения этого заболевания. Гораздо реже бывают припадки во время алкогольного опьянения, в основном при тяжелых запоях, близких к завершению, когда нарастают абстинентные расстройства.

Все подобные случаи объединяются под названием «алкогольная эпилепсия».

Отличительными особенностями алкогольной эпилепсии являются возникновение на поздних этапах алкоголизма (конец II стадии — переход к III стадии), прямая связь с алкогольной интоксикацией (в период ремиссии алкоголизма припадки прекращаются) и развитие психической деградации по алкогольному, а не по эпилептическому типу.

https://www.youtube.com/watch?v=DOACep3M-uc

Другой вариант наличия эпилептических припадков у больных алкоголизмом — это комбинация алкоголизма с генуинной эпилепсией. Здесь роль алкоголизма заключается в обострении и утяжелении симптоматики эпилептической болезни, что особенно заметно при ее первоначально доброкачественном течении [Голодец Р. Г., 1971].

В этих случаях эпилептические припадки возникают изредка и в периоды трезвости, но при злоупотреблении алкоголем, особенно после запоев, резко учащаются; абортивные и неразвернутые формы припадков замещаются большими, иногда серийными вплоть до эпилептического статуса, в клинической картине большое место начинают занимать дисфорические состояния (последние относятся не только к эпилептическим расстройствам, но и к типичным проявлениям патологического влечения к алкоголю и потому отличаются большей устойчивостью, преобладанием депрессивной окраски). Психическая деградация формируется по эпилептическому типу, однако в ее структуре более выражены не торпидность, а взрывчатость и брутальность.

Алкоголизм у больных генуинной эпилепсией обычно характеризуется тяжелым течением, отличаясь быстрым формированием, большой силой патологического влечения к алкоголю, запойным типом злоупотребления спиртным и измененными формами алкогольного опьянения (возбуждение, агрессия, амнезия). Такие особенности алкоголизма, по-видимому, связаны с влиянием генетического фактора: алкоголизм, в частности его запойные формы, чаще, чем в общей популяции, встречается среди родственников больных генуинной эпилепсией, преимущественно в восходящих поколениях [Утин А. В., Вавильчева А. И., 1976]. Возможно и относительно благоприятное течение алкоголизма — с длительными ремиссиями (в этих случаях больные занимаются хозяйством, накопительством, заботятся о здоровье, преследуют другие «приземленные» интересы).

Наконец, еще один вариант сочетания алкоголизма с эпилептическими припадками — это наличие того и другого у больных с органическими, чаще всего травматическими, поражениями головного мозга.

Характерная для травматической эпилепсии регредиентность заболевания в случае присоединения алкоголизма утрачивается, сменяясь учащением припадков и их психических эквивалентов, особенно дисфорических состояний.

Алкоголизм в этих случаях отличается очень быстрым формированием (1—2 года после начала систематического злоупотребления спиртным), низкой толерантностью к алкоголю, церебральными расстройствами в структуре абстинентного синдрома (головная боль, головокружение, рвота, судороги мышц конечностей, парестезии), агрессивным и суицидальным поведением в опьянении, наличием амнестических форм опьянения, преобладанием запойного типа пьянства [Чуркин Е. А., 1971].

Эти же особенности алкоголизма характерны и для его сочетаний с прочими, без эпилептических припадков, органическими заболеваниями головного мозга — воспалительными, сосудистыми, травматическими и др.

При присоединении алкоголизма все подобные заболевания протекают с быстрым развитием психического органического дефекта, который со временем достигает той или иной степени слабоумия.

Следует, однако, иметь в виду, что при достаточно длительном воздержании от алкоголя психический дефект может отчасти подвергаться обратному развитию, хотя в меньшей мере, чем при «чистой» алкогольной деменции.

Источник: http://www.psychiatry.ru/lib/54/book/32/chapter/17

Психопатия, эмпатия и влияние алкоголя на высшие функции коры головного мозга. И про эльфов

Алкоголизм психопатия
…Стала читать список книжек про психопатов ,приводимый в конце статьи Литвиновой.Оказалось,что я зря раньше мало обращала внимания на эту тему.

Интересные данные приводятся по воздействию алкоголя на мозг психопатов – из практики известно,что психопатов “вырубает” гораздо быстрее, алкоголь влияет на них сильнее – потому как собственная возбудимость коры головного мозга в определенных участках гораздо ниже,чем в среднем у здорового, нормального , нейротипичного человека.Мозг психопатов быстро выводится из равновесия, а затем не менее быстро уходит в крепкий посталкогольный сон.Более того – и в трезвом виде психопаты находятся в “полупрострации”: быстро и четко работают только некоторые отделы мозга. А всё “человеческое,слишком человеческое” в трезвых психопатах “спит”.А ещё мне стало всё ясно про себя.

У меня ведь всё наоборот. Я провела в свое время из любопытства несколько алкогольных экспериментов(я из тех пафосных некомпанейских йогов-зануд,кто не пьёт даже по праздникам). Первый, с водкой, описан в этом жж. Второй был недавно. Я выпила столько виски,сколько позволили окружающие, пока они не сказали,что я выпила “хорошую мужскую порцию”. На этот раз это была не треть бутылки,а половина.

Организм не отреагировал никак. Я продолжала сидеть и по-интровертному скучать в компании., думая про то,что было бы здорово,когда все разбегутся, залезть в компьютер и досмотреть Ван-Пис до конца.Рожа только очень сильно покраснела и сосуды расширились. В руках снялся спазм, они из синеватых стали розовыми.

Для моего организма было непривычно и приятно, но это и всё.В прошлый раз с водкой было так же,только я выпила меньше и лицо только зарумянилось,но не залилось сплоншной красной краской до шеи.По болтливости судить нельзя – я в трезвом виде такое же строчащее автоматом трепло,как и в набухавшемся, но это только если попадутся близкие по духу люди.

А в большинстве случаев мне грустно и не о чем поговорить с бухими людьми вокруг. С трезвыми тоже.Есть,кстати, один ген, который за покраснение рожи отвечает – одни люди, имеющие этот ген, сильно краснеют рожей от водки,другие нет. Так и просидела до вчера, никаких эффектов на настроение и поведение не дождавшись.

Алкогольная фригидность, однако:)Утром проснулась и с любопытством прислушалась – если всё у меня,как у людей,должен был бы быть тот самый Сушняк, которого все боятся.Губы чуть-чуть сохли. Но я сплю с открытым ртом,и это было не новым ощущением. Голова не болела. Вообще. Только легкое ,еле заметное давление в центре лба, и то – если сспециально искать.

Интересно, на этом можно зарабатывать? Бывают же конкурсы – “Кто больше всех съест?”. Должны быть и конкурсы – кто дольше всех простоит с милой улыбкой, не ведя себя неприлично, тотально набухавшись.Про себя я знаю,что я эмпат – вплоть до того,что рядом с теми,у кого что-то болит,у меня начинают психосоматически болеть те же части тела.

Если специально не пытаться отойти подальше и не сосредоточиться на чем-нибудь.

Если эмпат – противоположность психопату на нейрохимическом уровне, тогда это всё объясняет.

Низкая возбудимость “сочувствующих” центров у психопатов отвечает за их “алкогольное неистовство”, в которое они приходят быстро.Внутренняя химия упоротых хипповатых эмпатов до какой-то степени “передавливает” внешнюю – хотя у этого тоже должен быть свой предел. Парадокс нашего общества – оно не для “нормального человеческого общения”.

Оно ,кажется, неиллюзорно устроено “по де Саду”Психопатам в нем должно быть гораздо проще, чем всяческим далай-ламам.И эльфам.

Кстати, тут вполне себе научное обоснование фентезийных представлдений об эльфах: если эльфы – эмпаты(с деревьями разговаривают, природу любят, сопереживают всему живому – короче высокая возбудимость коры и “зеркалок”), тогда и к алкоголю они должны быть – в среднем – гораздо более устойчивы.

Таки Джексон ,снявший попойку Леголаса и Гимли, интуитивно угадал:)))))Но относится это только к толкиновским классическим эльфам. Например, эльфы у Макса Фрая – как раз наоборот, аморальные психопаты. И они от алкоголя спиваются сразу. ЧИТД.

Более того – потомок-метис аморальных же кейифаев, Шурф Лонли-Локли, не только к алкоголю уязвим, его и от обычной “травки” разнесло не по-детски. ЧИТД.

Теперь осталось нейрохимически уязвимость Макса к Супу Отдохновения выяснить, чтоб заполнить когнитивный гэп по проблематике Трезвости и Опьянения полностью:)Суп Отдохновения – лёгкий эйфоретик для местных жителей(возможно,так аналоги фенэтиламинов и окситоцина, либо что-то похожее на кратомовые вещества), но на Макса подействовал как амфетаминовый стим, с последующей депрой. Надо пофтыкать поподробнее в рецепторы.Хм. Теперь я знаю,как своих “дивнутых” знакомых из ролевого фэндома “проверять на Ыстенную Эльфовость Головного Мозга”)

Книжка-первоисточник:
Курт Бартол, “Психология криминального поведения”.

Она есть в Гугле.И она весьма познавательна, даже если преступники никаким боком вас не интересуют.ПС:Как замечают многие кризисные психологи – проблема психопатов в обществе сильно недооценена.

Если продолжать проводить фентези-параллели – то они совсем как вампиры: существуют, активно вредят и активно пользуются тем, что в них никто не верит и принимает за порядочных людей:)))Цитируя статью Литвиновой – против своевременного распознавания обаятельного псевдо-няшки выступают наши собственные же защитные механизмы психики.

“Почему нам так трудно распознавать психопатов, понимать, с кем мы имеем дело? Потому что в общении с ними мы бессознательно включаем мощные психологические защиты. Одна из них – отрицание, которое в данном случае еще называют «слепотой к опасности» (Kosson, Gacono, Bodhold, 2000, 216).

Отрицание проявляется в недооценке серьезности ситуации, в отказе применить к психопату санкции, и даже в неверии в историю его антисоциальных действий, когда эта история известна. Специалисты в области психологии и психического здоровья ошибаются, как и другие люди. Р.

Хэар рассказывает такой случай из своей жизни: его пригласили на конференцию в другой город для выступления с докладом о психопатии и обещали заплатить гонорар. Не получив деньги в течение полугода после конференции, Хэар сделал запрос и узнал, что организатор конференции был арестован за подделку документов, мошенничество и воровство.

Этот человек имел криминальное прошлое и подделал документы, чтобы занять свою должность. – Хэар, признанный специалист по психопатии, общался с ним во время конференции, вместе с ним обедал в кафе и ничего не заподозрил. Он помнит, что симпатизировал этому человеку и в кафе сам предложил оплатить его счет (Hare, 1993,12 113).

Другая защита – «ошибочное приписывание психического здоровья» (Kosson, Gacono, Bodhold, 2000, 216). В сущности, это проекции окружающих людей, которые приписывают психопату свой собственный уровень психической зрелости и «нормальности».

В случаях, когда жертва психопата, идентифицируясь с ним, «за компанию» начинает поступать безнравственно (зачастую без критики к собственному поведению), действует, по Р. Мелою, механизм «злокачественной псевдоидентификации» (Meloy, 1998, 141). Мелой считает все эти бессознательные психологические защиты контрфобическими реакциями, потому что при общении с психопатом возникает тревога и нежелание осознавать его потенциальную опасность (Kosson, Gacono, Bodhold, 2000, 216).”

Нормальному,нейротипичному человеку такое очень сложно себе представить.У нейротипичных людей просто нет “ключей” к этому.

Им в голову просто не придёт, не успеет придти такая схема действий с “гамбитами” и “жертованием ненужных пешек”, какая могла бы прийти психопату.

К примеру, возьмем известного психопата-насильника Теда Банди. Он имел обыкновение перевязывать себе руку или ногу,имитируя перелом. Когда в поле его зрения попадалась незнакомая женщина, он просил помочь ему дойти до машины…

Осечек почти не бывало – жертвам в голову не приходило проверять,а реален ли перелом.

*вот,имхо, зачем людям надо учиться играть в Го и шахматы – это помогает выжить в сложном мире,где попадаются психопаты, у которых к “человеческой силовой комбинаторике” способности с детства гораздо выше – они почти всегда стратегически на несколько шагов впереди человека-жертвы*

Источник: https://orfis-sakarna.livejournal.com/501979.html

Страница Психолога
Добавить комментарий